Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

ЦЕРКОВЬ МЫСЛЯЩЕЙ ПАУТИНЫ. МАТЕМАТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ МЕТАПРОГРАММИРОВАНИЯ

ЦЕРКОВЬ МЫСЛЯЩЕЙ ПАУТИНЫ
МАТЕМАТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ МЕТАПРОГРАММИРОВАНИЯ
(вероятностно-векторная модель информационных войн)
1.Вероятностный подход
«У нас есть по крайней мере одно преимущество — вероятностное мышление»
А.Н. Колмогоров (4)
«Не имея, к моему великому сожалению,возможности участвовать в проекте, начатом мистером Джеймсом Бернулли и посвященном применению учения о вероятностях к экономическим и политическим вопросам, будучи приглашен к оному мистером Николасом Бернулли… я добровольно передаю свои права участия в лучшие руки, желая, чтобы вышеназванный проект осуществил он сам либо его дядя, мистер Джон Бернулли».
Авраам де Муавр (11)
Разобраться в сущности механизмов восприятия информации сознанием человека давно и довольно успешно (с прикладной точки зрения) пытаются как психологи, так и специалисты по пропаганде и информационным войнам. Но глубокого теоретического (или, точнее, психофизического) понимания этих механизмов нет. Есть множество научных школ, которые дают неплохо работающие рекомендации заинтересованным лицам и организациям. Главная проблема в том, что нет единой системы аксиом или постулатов, которые внесли бы стройность в модель искомого механизма восприятия. На наш взгляд эти механизмы весьма глубоко и оригинально исследованы в работах одного из крупнейших отечественных ученых, ближайшего соратника академика А. Колмогорова, философа и математика Василия Налимова. Свою концепцию таких механизмов, концепцию взаимодействия сознательного и бессознательного Налимов увидел через призму открытия и формирования человеком новых смыслов.
«Если сознание есть функция высокоорганизованной материи, то где же модель, раскрывающая механизм этого функционирования? Почему ее не удалось создать до сих пор?» — пишет Налимов в книге «Спонтанность сознания»(3) и заключает, что неумение ответить на эти вопросы свидетельствует о нашем незнании фундаментального в природе человека.
В. Налимов считает связующим звеном между сознанием и материей смыслы, которые вполне имеют право на самостоятельное существование, так же как существует материя, и сознание. Если смысл появляется не как придаточное сознания, а как самостоятельное звено, то возникает триада «сознание — смысл — материя». Говоря о предназначении смыслов, Налимов идет дальше. Он дает им количественное толкование, предлагая созданную им теорию вероятностного исчисления смыслов.
В чем кратко ее суть? Подобно тому как в линейном континууме Кантора (создателя теории множеств), спрессованы и соотнесены все действительные числа, все возможные смыслы мира по Налимову спрессованы и соотнесены на числовой оси µ. На оси µ находится, по выражению Налимова, нераспакованный и непроявленный мир: семантический вакуум (3).
Налимов исследует язык, на котором говорит человек, и с помощью которого он распознает (распаковывает) так называемые смыслы в текстах (1,2). Текст — это восход солнца, пейзаж за окном поезда, плачущий ребенок или головная боль, это мир вокруг человека.
Каждый человек может увидеть восход солнца, но воспримет его по -своему. Ученый обратит внимание на цвет солнца и свяжет это с запыленностью атмосферы, художник восхитится яркостью и свежестью красок, а спешащий на работу бухгалтер сообразит, что зонтик брать с собой не нужно.
То есть распаковка смыслов по выражению Налимова осуществляется путем вероятностного взвешивания каждого смысла. Суть вероятностного подхода в том, что человек может увидеть или услышать ту или иную информацию, но она им не обязательно будет воспринята, или он не придаст ей значения (пропустит мимо ушей), а если и воспримет, то по-своему.
Получается, что за каждым текстом таится множество смыслов, но они не равноценны для каждого человека. Для каждого из них есть своя вероятность спонтанного появления в сознании человека. Если разным смыслам человек придает разное значение (разный вес), то это уже количественная характеристика. Мы можем подытожить, что восприятие, осознание любого смысла носит вероятностную природу, которая моделируется функцией распределения плотностей вероятностей появления смыслов p (µ).
Эта функция, как говорят математики — гладкая, непрерывная, асимптотически приближающаяся к оси абсцисс, как например, колоколообразная кривая нормального распределения Гаусса. Такое распределение вероятностей и отражает, по-видимому, процесс распаковки человеком неизвестных смыслов.
Информационное воздействие приводит к вероятностной суперпозиции апостериорного окна в мир и воздействующего на его сознание информационного фильтра в результате чего спонтанно возникает новое окно в мир, новый туннель реальности, новое мировоззрение.
Существуют, однако, способы радикально изменить туннель реальности человека, уничтожить его окно в мир, жестко импринтировав ему новое окнов мир. Это известные процедуры информационно-психологического воздействия, принятые в масонских, жреческих, шаманских и иных сообществах — инициация или посвящение. Подвергнутый такому воздействию индивидуум становится буквально другим человеком, живущим в спроектированном другими туннеле реальности.
Российский исследователь Е. Синицын сопоставляет теорию Налимова и теорию психологических барьеров академика Бонифатия Кедрова. По его мнению, они дополняют друг друга. Человек видит мир через свое окно в этот мир (туннель реальности) до тех пор, пока в его сознании спонтанно (согласно Налимову) не будет воспринята новая информация. То есть окно в мир довольно устойчиво, не происходит непрерывного его изменения. Из-за познавательно-психологических барьеров — так трактует это модель Кедрова,— мысль не перетекает по новым руслам. Нужен скачок. Но чтобы скачок был успешным, нужен трамплин.
Трамплин — это новый неожиданно появившийся ассоциативный ряд в момент напряженного и сосредоточенного осмысления известных фактов (старых знаний). В трактовке Налимова новая информация приводит к вероятностной суперпозиции старого окна в мир и нового информационного фильтра. В трактовке Кедрова просто происходит скачок над психологическим барьером, который открывает доступ к новым знаниям. Кедровская трактовка весьма похожа на внезапное озарение или «инсайт», то есть связана с работой 5-го нейросоматического контура мышления согласно модели Лири-Уилсона (15).
Налимов описал ситуацию единичного и случайного информационного воздействия на сознание человека. В случае информационной войны мы практически всегда имеем дело с длительной и массированной обработкой целевых аудиторий информационными потоками. Вначале они фильтруются сознанием «нашего человека», но по мере повторения вероятность их распаковки и восприятия возрастает согласно известной в теории вероятностей теореме Бернулли. Причем, графически это кривая, довольно быстро асимптотически приближающаяся к единице.
Неизвестная информация (смысл) с низким весовым коэффициентом, как показывает практика, может все же проникнуть в наше окно реальности через подсознательное восприятие. Этот путь как правило используется в практике рекламы, а также психоинформационных войн.
Весьма важный, но не воспринимаемый объектом программирования из-за низкого веса смысл может быть все же введен в его окно в мир (туннель реальности), если этот смысл «прилепить» к легко воспринимаемой и знакомой информации. Например в голливудском приключенческом фильме «Золотой компас», рассчитанном на детскую аудиторию толпы варваров-убийц разговаривают на русском языке. А в блокбастере «Армагеддон» русский космонавт обут в валенки и кричит, что в электронике главное — кувалда. Таким образом в подсознание российских зрителей вводится негативное представление о своем собственном народе.
Смысл-прилипала будет хранится в сознании человека в нераспакованном виде до тех пор, пока суммарный весовой коэффициент накопившихся прилипал не достигнет порога восприятия и не перепрыгнет через барьер Кедрова (или в налимовской трактовке не возрастет его вес). Получается, что работать по схеме смыслов-прилипал даже выгодней, чем напрямую забивать информационное пространство стратегическими, но неприемлемыми для целевой аудитории смыслами. Громадный поток развлекательной или даже познавательной информации вводит в подсознание объекта информационной атаки огромное количество нераспакованных смысловых вирусов, несущих разрушительный для атакуемой социосистемы информационный заряд. И через определенное время даже простое обсуждение тех или иных тем активизирует и актуализирует эти вирусы, переводя их в категорию с большими весовыми коэффициентами, создавая новое соответствующее смысловым координатам этих смыслов-вирусов окно в мир, то есть апостериорный туннель реальности.
Итак, даже если транслируемые смыслы не близки аудитории, если вероятность их распаковки на данный момент низка, то длительное и массированное повторение этих смыслов может изменить ситуацию. Если на каждом из направлений информационного воздействия не будет поставлен соответствующий транслятор «нашего» смысла (контрпропаганда), то есть избирательно настроенный смысловой фильтр, то вероятности распаковки будут складываться и неуклонно возрастать и рано или поздно наступит момент, когда пользователь интернета воспримет передаваемый текст с высоким весовым коэффициентом и распакует его, изменив свое окно в мир, переориентировав свой туннель реальности так, как этого добивался наш оппонент по информационному конфликту. Если брать длительные временные тренды, то с полной уверенностью можно сказать, что никакая контрпропаганда не сможет противостоять неуклонному нарастанию вероятности распаковки чужого смысла, а может лишь замедлить этот процесс. Тот, кто генерирует смысл и управляет его распаковкой, рано или поздно побеждает.
Возвращаясь к вероятностной модели восприятия информации, отметим, что смыслы-вирусы используются весьма давно в практике рекламной и пропагандистской деятельности. Разработанная на базе эмпирических данных модель вероятностного выбора или актуализации (Elaboration Likelihood model)(далее — ELM)(19). которую иногда называют двухпутевой моделью убеждения — это эффективно работающая теория, согласно которой влияние, оказываемое различными элементами коммуникаций, зависит от актуализации, происходящей во время осмысления информации.И когда значимость того или иного сообщения (рекламы), то есть весовой коэффициент, низка, то выбор (распаковка и осмысление) происходит другим путем — исходя из формы, цвета и т.д
Информационное пространство человеческого сознания включает не только логику. Для водителя автомобиля первостепенной значимостью (наибольшим весовым коэффициентом) обладает слежение за дорожной обстановкой и обеспечение безопасности вождения, но его отвлекают гламурные красотки на рекламных щитах (несмотря на предупреждение — «смотри на стопы, а не на попы»). Человеческое внимание никогда жестко не фиксируется на логически обоснованной теме (это отмечал еще Георгий Гурджиев), оно перескакивает, движется в информационном пространстве. Математическим аппаратом для описания движения в пространстве (в нашем случае не физическом, а формальном) служат комплексные числа. А поэтому сделаем вывод, что весовой коэффициент носит комплексный характер. Для удобства описания информационных войн введем величину, обратную веcовому коэффициенту — информационное сопротивление:
Z = k/P (3)
Где Z — комплексное информационное сопротивление,
P — комплексный весовой коэффициент,
k — коэффициент нормировки.
Как известно, геометрической иллюстрацией комплексных чисел служат векторы. Векторный подход, о котором пойдет речь далее, в принципе лежит в русле идей немецкого математика ХIХ века Германа Грассмана (20), предложившего рассматривать цветовые ощущения как трехмерные векторы, что легло в основу современной теории цвета. Возможно, применение векторных представлений к теории и практике информационных войн и в целом к расшифровке механизмов человеческого мышления также окажется продуктивным.
Векторная модель
Г-н Журден:Честное слово, я и не подозревал,
что вот уже более сорока лет говорю прозой.
Ж.-Б. Мольер. Мещанин во дворянстве
«Карта не есть территория, мир не есть описанное явление»
Альфред Коржибски (23)
Большую часть прошлого века господствовали представления об информации как о скалярной величине. Основы такой теории были созданы в работах Клода Шеннона и Норберта Винера. Информацию представляли как отрицательную энтропию — негэнтропию, то есть меру упорядоченности той или иной системы. Скажем, единица информации бит — уменьшает степень неопределенности в два раза. Этот подход оказался весьма продуктивным с технической точки зрения — были созданы современные телекоммуникационные системы и средства дальней космической связи,— но что касается сложных самоорганизующихся систем и в первую очередь социальных, то базирующееся на аристотелевой логике и ньютоновской механике представление об информации стало тормозить дальнейшие исследования.
А.Н. Колмогоров в своей классической работе "Три подхода к определению понятия «количество информации»(4) обобщил идеи Клода Шеннона и предложил еще два варианта оценки информации, «содержащейся внутри объекта» и характеризующей его сложность. Это комбинаторный и алгоритмический подходы. Все три подхода полностью игнорируют категорию «смысл информации». В социально-психологическом смысле этого слова. Просто задачи стояли другие. Существовал мощный государственный заказ на «инженерные приложения теории информации», как выразился Ноам Хомски (10).
Ситуация изменилась, когда исследователей стали интересовать смыслы передаваемой информации и особенности восприятия их человеческим сознанием. В 80-е годы в работах А. Аугустинавичуте (5) и Р. Седых (6) были разработаны модели различных типов восприятия информации, развивающие теорию психологических типов К.Г. Юнга (8). Как пишет С. Переслегин (7), информационное сопротивление при акте мыслекоммуникации стали рассматривать как комплексную величину, причем действительная часть определяла потерю информации при трансляции, а мнимая — поворот вектора информации в формальном пространстве соционических аспектов (типов).
Собственно говоря, любую величину, определяемую более чем одним параметром, можно представить в виде вектора. Информация — не исключение. Согласно Карлу Густаву Юнгу, есть четыре способа восприятия информации человеком — ощущения (зрение, слух, осязание, запах), мышление (аристотелева логика и ньютоновский взгляд на мир), эмоции (этика и идеология), интуиция (бейесова логика и квантово-механический взгляд на мир). В принципе четыре юнговских контура мышления в лапидарном виде содержат восьмиконтурную модель психики Лири-Уилсона. Это две не противоречащих друг другу школы — континентальная (Юнг) и атлантическая (Лири — Уилсон). В работах восточноевропейцев (Аугустинавичуте, Седых, Переслегин) нашли отражение достижения обеих западных школ.
Соционика и ее младшая сестра аспектоника весьма популярны в Европе как прикладные дисциплины — психоанализ и коучинг. Появилась даже «векторная психология» — психоаналитическая коммерческая практика.
Суть этих методик достаточно проста и интуитивно понятна. Передаваемые по каналам связи сигналы — это лишь условные «коды», которые каждый человек разворачивает в более сложные и многоплановые «картины»» — информация поворачивается и развертывается в аспектном пространстве. Пресловутые фабрики распространения слухов (порождения спецслужб) основаны именно на этом принципе.
Для достижения эффективного информационного воздействия на целевую аудиторию (информационная война) необходимо нужно создавать такой информационный «пакет», который учитывает возможности и особенности этой аудитории и социальный контекст, в котором она находится. Если этот инфопакет будет перегружен количественно, то информационное сопротивление возрастет, увеличивая «трение» информационной войны (по Клаузевицу) и информация будет частично или полностью потеряна. Если передаваемая информация не будет учитывать особенности восприятия конкретной аудитории или отдельной личности, то информационный вектор повернется в аспектном пространстве и уйдет из зоны высоких весовых коэффициентов налимовского «окна в мир». Эти вопросы достаточно подробно разработаны в теории ELM и в работах по соционике.
Возвращаясь к представлению информации (или информационного пакета) как комплексного вектора, следует заметить, что для анализа инфовойн в принципе достаточно четырех юнговских осей многомерного информационного пространства. Это сенсорная ось (ощущения), семантическая ось аристотелевой логики, эмоционально-идеологическая ось и интуитивная ось бейесовой вероятностной (а по сути квантовой) логики.
Несколько упрощая, информация «по Шеннону» также может трактоваться как вырожденный комплексный вектор, у которого мнимые составляющие равны нулю — то есть приемником информации является то или иной техническое устройство, просто принимающее информацию и не реагирующее на нее эмоционально и т.д.
Отметим, что в цепочке «информационный генератор — информационный канал — человек» не выполняются законы сохранения. Мы может услышать или увидеть сообщение с вырванными фрагментами, которые потеряны при трансляции, но все равно восстановить, на основе своих собственных знаний исходный инфопакет. Клод Шеннон считал, что причина этого — в языковой избыточности.
И наоборот — после просмотра или прослушивания некоего инфопакета человек может за счет интуиции совершить смысловой прорыв в данном направлении (совершить открытие), существенно увеличив модуль информационного вектора, отклонившегося при этом в сторону интуиционистской оси формального инфопространства.
Люди науки и искусства всегда интуитивно чувствовали векторный характер информации, создавая шедевры и великие открытия не за счет механического приращения модуля информационного вектора (шенноновского количества информации), а поворачивая его в юнговском (или соционическом) пространстве. Их можно уподобить мольеровскому мсье Журдену, который всю жизнь, сам того не зная, говорил прозой.
Пожалуй, можно было бы провести не один пример того, что шенноновская трактовка информации как скалярной величины, пригодная для расчета радиоэлектронных устройств, стала тормозом для дальнейшего изучения социальных и биологических явлений. Не хотелось бы провоцировать дискуссию на тему, является ли информация вектором или не является. Основатель общей семантики граф Альфред Коржибски говорил: «Назовите мне любой объект, который по вашему мнению чем-то является, и я вам докажу, что он этим не является»(23). Коржибски изобрел так называемый язык-прим, где нет глагола «быть»(«be»). Собственно говоря, никакого изобретения в этом нет — на этом языке пишут свои работы физики.
Так вот, на языке-прим следует сказать так: информация, которая воспринимается сознанием человека, может быть представлена в виде комплексного вектора, действительная часть которого зависит от потерь при восприятии, а мнимая — от поворота в формальном (может быть его уместней называть не аспектным, а — фазовым) инфопространстве.
Любой информационный «пакет»(кинофильм, книга, стихотворение, радиопередача), то есть любая «био-информация» может быть представлен в виде гиперкомплексного четырехмерного вектора — кватерниона (понятия «вектор» и «кватернион» были введены, как известно, ирландским математиком Уильямом Гамильтоном)(21):
Q = a + ib + jc + kd, (4)
Где
i,j,k — сенсорная, эмоциональная и интуитивно-подсознательные оси формального фазового инфопространства, базисные кватернионы,
а — семантическая «амплитуда», максимальная в документальных кинофильмах или научной литературе, попросту это «содержание» фильма, которое может выражено в шенноновских битах,
ib — мнимая сенсорная фаза инфопакета, максимальная в цветных 3D фильмах с объемным звуком и гораздо меньшая в текстовой информации,
jc — мнимая эмоциональная фаза (смех, симпатия, неприязнь или ненависть)
kd — мнимая интуитивная фаза или метафаза, которая пробуждает интуицию, рождающую новый смысл, а также контуры мышления более высоких порядков.
Термины «амплитуда» и «фаза» взяты из лексикона теории колебаний, однако они, как нам кажется, лучше других передают смысл описываемых процессов мышления.
Итак, мы можем представить процедуру «обработки» некоего информационного «пакета»(кинофильма «Аватар» например) в человеческом сознании формулой:
Qout = Qin/ Z, (5)
где
Q out — итоговое впечатление после просмотра, гиперкомплексный вектор — кватернион,
Z — информационное сопротивление человека или аудитории, гиперкомплексный вектор -кватернион,
Q in — инфопакет, также гиперкомплексный вектор-кватернион, содержащий весь комплекс информационных воздействий согласно замыслу авторов.
В данном случае мы имеем дело с делением кватернионов, а если взять не информационное сопротивление, а весовой коэффициент — с умножением, что представляет из себя довольно сложный процесс, образно названный Гауссом (20) «мутацией пространства»(растяжение вектора с переворотом в пространстве). Формула такой процедуры в кватернионном анализе весьма сложна и громоздка. На самом же деле ни умножения, ни деления гиперкомплексных векторов и соответственно «мутации информационного пространства» не происходит по той простой причине, что информационно-пропагандистская продукция воспринимается не «в пакете», она дифференцируется и воспринимается как сумма отдельных эпизодов, в каждом из которых положительный герой, «хороший парень», борется с «плохими». Зритель кинофильма воспринимает главного героя как своего, переживает за него, а не за тех, с кем он борется — поддерживает, например, Джеймса Бонда, а не советских солдат, которых он убивает в массовом порядке. Назовем этот феномен «эффектом Голливуда». Такой эффект производят лучшие образцы информационной пропаганды любых стран. Для достижения такого эффекта в годы холодной войны сотрудники всех «вражьих голосов» говорили с иностранным акцентом, чтобы советские слушатели не воспринимали их как предателей. При просмотре авторского (например фильмы А. Сокурова) или артхаусного кино «эффекта Голливуда» нет и «мутация сознания» происходит в полном объеме, вследствие чего такая кинопродукция вызывает у массового зрителя отторжение.
Когда зритель сопереживает героям фильма, информационное сопротивление по мнимым осям близко к нулю, потери и искажения воспринимаемой информации определяются лишь «трением Клаузевица» — рассеянностью, плохим звуком или изображением, то есть относятся к вещественной, скалярной части инфопакета. Порой целевая аудитория настолько сливается с образом главного героя, что начинает болеть за него. в этом случае информационное сопротивление меняет знак, происходит эффект усиления информационного воздействия. Так вели себя советские зрители в 30-е годы 20-го века на просмотре фильма «Чапаев» и 80-е — на просмотре фильма «Рембо».
В итоге создается новое апостериорное «окно в мир» сдвинутое относительно априорного в «голливудскую» сторону. Информационная экспансия пропагандистской продукции, обладающей «эффектом Голливуда» в соответствии с формулой Бернулли приводит к цивилизационному метапрограммированию целевой аудитории. В полном соответствии с поговоркой, которую мы уже приводили -« Сегодня он танцует джаз…».
Это говорит о том, что жесткая математическая модель (3) структурно неустойчива, это определяется зависимостью информационного сопротивления Z от «входного» инфопакета с «эффектом Голливуда». Согласно рекомендациям В.И. Арнольда, изложенным им в знаменитом докладе «о мягких и жестких математических моделях», преобразуем ее в мягкую, т.е. введем Z как функцию Qin:
Q out = Q in / Z (Q in) (6)
Алгебру кватернионов следует применять к моделированию информационных воздействий весьма осторожно до тех пор, пока нет формализованной модели «эффекта Голливуда», который расщепляет и инвертирует информационное сопротивление человеческого сознания подобно методикам НЛП. На практике же происходит покомпонентное сложение информационных кватернионов. Это делает любую информационную продукцию, в которую встроен «эффект Голливуда» мощным оружием цивилизационного метапрограммирования.
Запишем покомпонентную расшифровку информационного «пакета» — кватерниона:
Q inf = A + iS + jE + kU, (7)
где
A — скалярная часть кватерниона, несущая пакет аристотелевой семантики,
S — сенсорная фаза (звук и видеоряд),
E — эмоционально-идеологическая фаза,
U — интуитивно-подсознательная фаза (В. Налимов называет эту сферу мышления «подвалами сознания» — Underground)
«Эффект Голливуда», который заложен в той или иной степени в любой «инфопакет», сделанный мастерами психоинформационной пропаганды, меняет знак информационного сопротивления зрителя (слушателя, читателя), которое работает уже как «усилитель», увеличивая модуль инфопакета — такова волшебная сила «искусства». Тогда наша формула приобретает вид:
Q out = K Q in, (8)
где
К — коэффициент усиления.
Заметим, что выражение (8) — жесткая модель, которая не учитывает индивидуальное восприятие индивидуума (глупец, дальтоник, глухой, царевна-несмеяна, атеист), поэтому более устойчивой структурно будет мягкая модель, где коэффициент усиления будет функцией от индивидуального или группового восприятия информации по различным осям фазового пространства:
Q out = K (1,i,j,k) Qin (8)
Василий Налимов писал, что язык человека семантически нелинеен. Так же нелинейно и его мышление. Мозг человека работает как нелинейный преобразователь. Комментируя эволюцию наших моделей восприятия от формулы (5) к формуле (8), можно сказать, что эффективная пропаганда стремится линеаризировать сознание целевой аудитории с тем, чтобы грамотно сконструированными приращениями аргумента (Qin) добиваться желаемого приращения в нужном направлении функции (Qout). При определенных условиях (полное информационное доминирование, например) эта цель вполне достижима и стопроцентная линеаризация мышления ограничивается лишь индивидуальными особенностями человека, отражаемыми функцией K (1,i,j,k).
Такие фильмы, как «Аватар» завораживают зрителя своим воздействием на сенсорную фазу S. Мелодрамы и боевики типа того же «Рембо» — на фазу E. Мистический триллер воздействует на фазу U. Целью метапрограммирования является эмоционально-идеологический контур мышления. Отсюда вытекает простая методика — направить на целевую аудиторию мощный и непрекращающийся поток инфопродукции (фильмов и радипередач, книг и комиксов, компьютерных игр и интернет-ресурсов с социальными сетями), который будет разнообразным по форме и содержанию, но неизменным в одном — идеологическом компоненте. Аудитория будет плакать и смеяться, замирать от ужаса и лить слезы умиления и при этом постоянно сдвигать свое окно в мир в стороны «голливудской» системы ценностей, все больше забывая и даже отрицая свои собственные национальные идеалы.
Церковь мыслящей паутины
Математическое описание мира основано на тонкой игре непрерывного и дискретного.
В.И. Арнольд (12)
О прикладном значении вероятностной модели мы говорили выше — в главе 1-й. Что касается векторного подхода, то прежде всего надо отметить, что он лежит в русле так называемой «психографической математики», двигаться к которой предлагает Владимир Лефевр (16). То есть математических методов и моделей, которые не только описывают явление или процесс, но и объясняют, хотя бы отчасти, или по крайней мере иллюстрируют. Вероятностный и векторный подходы подобны двум сторонам одной медали. Они отражают ту самую «спонтанность сознания», о которой писал В. Налимов. Это отчетливо видно в эмпирической модели «вероятностной актуализации»(ELM).
Автор разделяет мнение В.И. Арнольда, что главное не вычисления, а то, что он называл, со ссылкой на С.Ю. Витте «математикой-философией»(14), то есть умении делать социальные и иные прогнозы на основе мягких математических моделей. То есть в умении стратегически мыслить.
Что касается стратегии, то ключом к успеху в данном случае может оказаться знаменитая формула Гамильтона (20), на которой основана вся алгебра кватернионов:
ijk = −1 (9)
Ее можно назвать основной формулой метапрограммирования, ибо ее «психофизический» смысл, о котором Гамильтон не догадывался, в том, что синергетическое погружение в сенсорную, эмоциональную и подсознательную фазу жестко импринтирует человеческое сознание, инвертирует его. Кстати — это хорошая иллюстрация афоризма В.И. Арнольда об игре непрерывного и дискретного.
Пример такого синергетического воздействия — молитва. А происходящая в данном случае инверсия (фазовый переход) сознания носит название просветления.
Другим путем к достижению желаемого синергетического эффекта идут американские конструкторы глобального виртуального мира. Американский культуролог Эрик Дэвис (17) утверждает, что современный человек живет в магическом мире. Раньше принцип работы любого технического устройства — лопаты, молотка, лампового телевизора или радиоприемника, автомобиля и телефона был понятен технически грамотному человеку и многие могли их самостоятельно починить. Этот мир был сложен, но понятен. Сейчас картина изменилась.
Современная цифровая техника удобна в использовании, комфортна, но принципы ее работы известны лишь узкому кругу посвященных — высококлассных инженеров и разработчиков. Пользователь лишь нажимает кнопки, пока аппарат работает и идет к «жрецу»- специалисту сервисного центра, когда он сломался или барахлит.
До последнего времени исключением был лишь в самый революционный сектор — мир компьютеров и интернета. И вот бывший главный архитектор программного обеспечения Microsoft Рэй Оззи (22)опубликовал в блоге свои размышления о будущем, в котором уже нет персональных компьютеров. Причем, это размышления типичного «математика-философа».
В статье «Заря нового дня» Оззи напомнил, что едва начав работать в Microsoft, он разослал сотрудникам компании меморандум, предваривший значительные изменения в деятельности компании. Сейчас, считает Оззи, Microsoft уверенно движется в направлении так называемых облачных (cloud computing) сервисов.
Однако всё идёт к тому, говорит софт-архитектор, что рано или поздно мир откажется от персональных компьютеров в том виде, в каком они существуют сейчас: «Мы идём в мир облачных непрерывных сервисов, которые всех нас объединяют и исполняют наши пожелания и подключённых устройств, позволяющих нам взаимодействовать с этими облачными сервисами».
Подключёнными устройствами Оззи называет всевозможные устройства самых разных форм и размеров, предназначенных для выполнения различных задач (общение, созидание, потребление). Каждый человек ежедневно будет взаимодействовать с целым рядом таких устройств, причём любое из них можно будет в любой момент легко и без потерь заменить
Человек будущего, которое сконструируют по лекалам Рэя Оззи подключен к глобальной «мыслящей паутине», к интернету, управляемому специалистами Microsoft по разрабатываемым ими облачным технологиям с помощью подключаемых устройств ВСЕГДА и ВЕЗДЕ. Такой мир будет казаться простым и понятным простому обывателю, хотя в действительности он будет и непонятным и сложным.
Постоянная включенность во все фазы метапрограммирования, постоянное воздействие на все контуры мышления позволит «верховным жрецам» держать целевую аудиторию — сотни миллионов человек — в полном психологическом управлении. Пресловутая самоподдерживающаяся критичность будет индуцироваться за считанные часы, потому что смыслы -вирусы будут актуализироваться в сознании людей практически мгновенно. Если сейчас спецслужбы национальных государств сосредотачивают свои усилия — и не без успеха на выявлении скрытых каналов управления цифровой техникой (компьютерных закладок), то в магическом облачном мире Рэя Оззи такое противодействие станет невозможным. Кстати, облачные технологии американские эксперты будут разрабатывать и в российском граде Сколково.
Проектируемый американцами глобальный виртуальный сервис превратит людей в адептов Всемирной Церкви Мыслящей Паутины (это будет так называемая безмасштабная социальная сеть со свойствами «тесного мира»), причем никто и нигде этого вслух не скажет и не признает. Здесь будет сетевая цензура, сетевые аятоллы- сисадмины и модераторы. Их власть будет практически безграничной — так как лишение доступа в сеть (отлучение от церкви) нарушителя сетевой дисциплины превратит его в изгоя и социального аутсайдера. Причем, через некоторое время, когда синергетическое воздействие по всем фазам инфопространства импринтирует в сознание человека императив безусловной лояльности к «верховным жрецам Церкви мыслящей паутины», не потребуется карательных санкций — будет включаться подсознательный импринт внутренней цензуры как в добрые старые времена тоталитарных империй.
Учитывая все нарастающий тренд глобализации, в том числе информационной, учитывая полное доминирование в этих сферах американских «проектировщиков», сделаем неутешительный вывод: противостоять превращению мирных граждан в зомбированных адептов Церкви Мыслящей паутины можно лишь, опираясь на основную формулу метапрограммирования, то есть — религиозное сознание….

Горячо любить свою Родину

Я не болельщик. Поэтому я не смотрел феерический матч между нашей футбольной дружиной и командой Уэльса. Об ужасном результате я узнал из утренних телевизионных новостей. Узнал и очень расстроился – и даже не потому, что за Державу стало обидно. Просто папа мой – вот он настоящий болельщик. Когда-то он играл за «Зенит», по-настоящему разбирается в футболе, всегда болеет и очень переживает, когда наши лажают. А лажают они – ну, сами знаете.

В этот же раз они не просто облажались, а, как говорится, – через семь ворот с присвистом. То есть совсем лажово облажались. И я расстроился, что мой папа расстроился. И обидно мне стало не за этих гламурных обормотов, а за моего папу. Он самый лучший папа на свете, и я хочу, чтобы он радовался, а не расстраивался.

И вот, в расстроенных чувствах, смотрел я новости дальше и внимание мое вдруг привлек сюжет, где рассказывалось о посещении Путиным «Ленфильма». Сюжет был бравурный: Верховному показывали реконструированную по его же указанию студию и рассказывали о невероятных достижениях. Оказывается, «…за последние три года на «Ленфильме» реализовано 160 с лишним проектов… Все по высочайшим мировым стандартам». Меня аж подбросило. Я лихорадочно стал пытаться вспомнить из этих 160 хотя бы несколько. Ничего не получалось. А бодрый голос из телевизора между тем рапортовал, что техника на «Ленфильме» теперь «не хуже голливудской». Сам собой, в голове возник вопрос: господа, а если техника не хуже голливудской, то где же фильмы аналогичного качества? Растворились незаметно в упомянутых 160 с лишним проектах? И тут, глядя на суровое, но в целом довольное лицо нашего Главнокомандующего, я вдруг понял, что, как ни странно, вся эта «ленфильмовская» экскурсия имеет прямое смысловое отношение к фантастическим успехам нашей футбольной сборной. Прямое – потому что по одному и тому же принципу сделано и с похожими результатами. Поясню свою витиеватую и в целом недобрую мысль:

Вот на «Ленфильме» техника не хуже голливудской, а культовых фильмов нет, зато есть 160 с лишним проектов по высочайшим мировым стандартам. Ну и в футболе: трусы у нашей сборной не хуже, чем у немцев, и я даже думаю, что лучше, чем у словаков, вот и продукт – на высоком европейском уровне. Этот «продукт» очень понравился европейцам, особенно валлийцам и англичанам, ну и полякам, конечно же, тоже. Мы можем порой порадовать старушку Европу, особенно если чуть-чуть постараемся.

А если серьезно, то дело, конечно, не в трусах и не в голливудской технике. Сдается мне, что если даже все команды европейского чемпионата завещают свои трусы нашей футбольной дружине (командой эту шайку из татуированных и небритых дяденек нельзя называть категорически, дабы не впасть в кощунство) – это сообщество лучше не заиграет. Ну, не смогут они, чего пристали, как эти… Вот и голливудская техника – она важна, конечно, но не гарантирует изобилия даже не киношедевров, а просто нормальных, качественных фильмов. Чтоб как раньше, как когда-то. Чтоб за душу брало. Чтобы у зрителей и смех был, и слезы, и душевный подъем, и желание посмотреть этот фильм еще раз, и пообсуждать его взахлеб с друзьями. Я уж и не помню, когда такое было в последний раз. Наверное, я что-то пропустил. И все мои знакомые (а их немало, и они не дикие люди, лишь недавно вылезшие из тайги в наш суетный мир) тоже.

Между тем, когда мы имеем такие замечательные результаты в футболе и кинематографе, многие высказывают крамольную мысль, что, дескать, надо что-то менять. То есть не меняться трусами и техникой, а изменить сам подход. Только не подумайте, что я к революции призываю – куда мне, консерватору записному.

Просто я полагаю, что для хорошего футбола и хорошего кино (а все это нам очень-очень нужно, люди, как говорится, изголодались по настоящему, по нефальшивому) необходимо несколько обязательных условий.

Некоторые я могу назвать:

Первое. Нужно горячо любить свою Родину. Да-да. Вот так просто. Любить Родину и ее людей, сыновей и дочерей, болельщиков и зрителей. Пинать мячик не для заработка и звездной жизни, а чтобы людям радость подарить. Таким, как мой папа. И кино снимать – для людей, чтобы им хорошо было, а не продюсеру и режиссеру, удовлетворяющим свои материальные и творческие амбиции и рефлексии. То есть, я не хочу, чтобы продюсерам, режиссером и футболистам стало плохо. Просто сначала должно стать хорошо людям. А потом уже – как заслуженный результат, и творцам. Как говорилось в одной русской сказке – «по подвигу и награда». Когда происходит наоборот – дело дрянь.

Второе. Оно вытекает из первого. Обогащаться и премироваться надо с результата, А НЕ С ПРОЦЕССА. Так не только честнее, так для этого самого результата лучше. Мысль не новая и очень простая – дивиденды получать с доходов, а не с расходов. Не бюджет пилить, а честный урожай собирать. Но это сложно. Результат – кто его знает, какой он будет. А бюджет – его ведь главное выбить, а уж осваивать-то мастера найдутся.

Чтобы Первое и Второе легче запускалось, очень нужно

Третье: Национальная идея. И она никак не может быть просто патриотизмом, как недавно сказал наш Верховный. Патриотизм может быть только неким свойством национальной идеи, некой ее гранью. Но она не может этим патриотизмом исчерпываться. Это все равно как на вопрос «Что такое салат оливье?» ответить: «Это майонез». В принципе, ответ правильный, но, мягко говоря, не полный. Без майонеза никак не обойтись, но только на нем оливье не сваришь. Национальная идея – это, если хотите, некий план, некая стратегия, которая объясняет, где мы как народ находимся сейчас и куда должны следовать, и почему именно туда, и что нам на этом пути надо преодолеть. Мы должны понимать цель, осознавать, что именно хотим построить. И что нам для этого нужно. Без осознания цели никуда не поплывем, а будем болтаться, как дерьмо в проруби.

Это только кажется, что футбол и кино – просто забава, потеха. Делу время, потехе – час, уйдите, товарищи, не до вас, у нас тут Сирия. Хороший футбол и хорошее кино как раз сейчас нам крайне необходимы – в том числе для воодушевления народа.

Армия, если кто подзабыл, – это часть народа. И она, как и весь народ, не хлебом единым сыта.

Пережить позор унизительнейшего поражения можно. Да и нужно. Не надо впадать в пессимизм. Вот только… Говорят, что умные учатся на чужих ошибках, а дураки на своих. А как же тогда назвать тех, кто ни на каких ошибках не учится?

P.S. Пока я писал этот текст, пресс-секретарь президента России господин Песков заявил, что Владимир Владимирович не смотрел матч между россиянами и валлийцами, поскольку именно в это время был на «Ленфильме». И что экскурсия президенту понравилась, и что в нашем кино дела идут лучше, чем в нашем футболе. Ну, что тут сказать… Просто в футболе результат очевиднее, нагляднее. Там, как один мой знакомый говорил, «все сразу на тАбло пишется…»

Андрей Константинов

Кино и немцы



Во дворе "Мерс" поцарапал дверь "Оки". Из "Оки" выскакивает дед, что-то кричит. Из "Мерса" вылазит парень, бьет по лицу деда:
- Моя фамилия Гельцер! Мой отец судья!
Дед сел, разогнался и протаранил "Мерс", со словами:
- Я в войну танки таранил, а тут всякие немцы меня бить будут!
Младший Гельцер с матюками вновь вывалился из машины, размахивая в сторону "Оки" битой...
От дворовой лавочки отделились три молодых парня, молча подошли к разбушевавшемуся мажору и вырубили его коротким ударом в челюсть.
- Вы кто, сынки? - поинтересовался старик.
- Партизаны, отец... Партизаны...